Соционика - наука о психологии личности

В контексте оппозиции инновационность-традиционность интересно сравнить оценки фигур Ленина и Сталина. В поле традиционного выбора оказываются противоположные их оценки: “Ленин-герой” и “Сталин-антигерой”, причем первую поддерживают почти втрое реже, чем вторую. Вместе с тем оценки “Ленин-антигерой” и “Сталин-герой” требуют известной смелости и уверенности, то есть оказываются в поле инновационного выбора, и при этом поддержка первой из этих оценок более чем вдвое сильнее, чем второй. Ленин и Сталин — символы советской истории, но с разными “карьерами”. Развенчание культа личности Сталина сопровождалось реканонизацией Ленина, который и так не сходил с идеологического Олимпа советского мира. Переоценка образа Ленина была инициирована только перестройкой и до сих пор не завершена. Отсюда слабая поддержка “Ленина-героя” в оценках украинских студентов, вероятно, связана со следами советского, социалистического образа прошлого. Заметную и уже традиционную поддержку оценки “Сталина-антигероя” можно объяснить наряду с антисталинистской идеологией 1960-х и времен перестройки еще и актуализацией проблематики голодомора 1933-1937 годов в Украине. Относительно слабая, но инновационная по своему характеру поддержка геройского статуса Ленина и Сталина, очевидно, связана с влиянием современного российского дискурса советского прошлого, и наивысшие показатели эти оценки имеют в Восточном регионе.

Деятели ближайшей по хронологии украинской истории — Бандера и Петлюра — в обоих статусах оказываются в поле инновационного (политического) выбора. Это связано с двумя факторами: с “заполитизированнос- тью” этих фи гур, а так же с де фи ци том куль тур ных реп ре зен та ций этих образов (от детских книжек и художественных фильмов до названий улиц) в масштабе страны в целом. Можно сказать, что это две стороны одного фактора, поскольку культурные репрезентации для массовой целевой аудитории — памятники, топонимы, музеи и т.д. — для их возникновения и существования требуют политической (и чаще всего государственной) воли. Кроме того, в отличие от Ленина и Сталина, ни Бандера, ни Петлюра как символы украинской истории не могли бы рассчитывать на поддержку в советском или современном русскоязычном символическом пространстве (в художественном и документальном кино, на телевидении и т.п.). Поскольку не актуальны для него и не обладают потенциалом для позитивной оценки. По результатам опроса студентов, взвешенная и традиционная оценка этих фигур выражена позицией “трудно сказать”. Между тем количественный перевес оценки Петлюры и Бандеры в статусе героев (почти вдвое превышающей оценку их как антигероев) должен вдохновлять тех ученых, общественных деятелей и граждан, которые поддерживают и продвигают эти символы украинского прошлого.